Клуб «Валдай»

84 подписчика

Свежие комментарии

  • Николай Коробков
    Это про какую дистанцию в метро, здесь написано? Куча роликов где уплотнители в вагоны работают.Жить по-японски? ...
  • valerij
    Мы лучше других знаем, чего ожидать от наших "друзей" из Средней Азии и что-то на положительные эмоции это не настраи...Центральная Азия:...
  • valerij
    Эфиопам не выстоять против арабов.Египет и Эфиопия:...

Новая биполярность: есть повод для осторожного оптимизма

Новая биполярность: есть повод для осторожного оптимизма

Международная система сегодня представляет собой формирующуюся биполярность между США и Китаем. Это тревожит большинство наблюдателей. Они опасаются второй холодной войны, подобной той, которая шла между США и Советским Союзом. Однако она будет совсем другой, с гораздо меньшей угрозой военного конфликта между великими державами. О влиянии новой биполярности и пандемии коронавируса на международную систему и Россию пишет Клиффорд Капчан, председатель и научный директор, Eurasia Group, участник XVII Ежегодного заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай».

Мы живём в период зарождающейся биполярности, потому что США и Китай в обозримом будущем останутся единственными мировыми сверхдержавами. Глобальное распределение власти определяет природу любой системы; его характеристики связаны эмпирическими фактами, а не политическими предпочтениями. США и Китай за последнее десятилетие стали лидерами по наиболее важным показателям силы – военному и экономическому. США сохраняют преимущество перед Китаем в военной сфере. По данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира (СИПРИ), номинальные расходы Китая на оборону в 2019 году составили около 36% от расходов США.

Разрыв между двумя странами гораздо менее ощутим в экономической сфере: США впереди по номинальному ВВП, а Китай – по паритету покупательной способности. Обе страны сильно опережают остальных игроков. Страна номер три как по военной, так и по экономической мощи стоит заметно ниже Китая. Тому есть конкретные структурные и устойчивые причины, которые не поменялись из-за COVID-19. Например, в США очень сильная финансовая система, а в Китае – очень ориентированное на инновации население.

Мягкая сила также является одним из инструментов влияния, но в меньшей степени, чем жёсткая. Она оказывает воздействие через притяжение. И у США, и у Китая были проблемы во время коронавирусного кризиса, что нанесло удар по их мягкой силе. Но в сравнении до пандемии США обладали гораздо большей мягкой силой – в рейтинге Portland/USC они находились на 5-м месте, а Китай – на 27-м, и это соотношение не изменилось.


Зарождающаяся биполярность обладает набором характеристик, влияющих на международную систему. Биполярный порядок более стабилен, чем многополярный мир, появление которого прогнозирует большинство аналитиков. Он увеличивает предсказуемость и прозрачность установления баланса. Кроме того, что очень важно, установление баланса и конкуренция между США и Китаем будут происходить в основном в экономической сфере, где эти две страны ближе к паритету. Гораздо менее интенсивно конфронтация проявится в военной сфере, где Китай будет сдерживаться мощью США. Экономическое противостояние намного безопаснее, чем военное, поэтому нынешняя система будет более мирной, чем в эпоху первой холодной войны.

Общие последствия пандемии и возникающей биполярности для международной системы неоднозначны. Хотя новая система будет более стабильной, интенсивная экономическая конкуренция и борьба за сферы влияния вызовут напряжённость.

Но главное в том, что основные тенденции в международных отношениях свидетельствуют о неоднозначном, а не об опасном будущем. Есть основания для осторожного оптимизма.

Рассмотрим наиболее важные тенденции и их влияние.

Во-первых, как это ни парадоксально, возникающая биполярность и пандемия окажут миротворческое воздействие. Биполярные системы имеют тенденцию к стабильности, особенно когда они усилены ядерным сдерживанием. Пандемия также делает сохранение мира более вероятным. COVID-19 заставит элиты стать более пессимистичными в плане ответа на ключевой вопрос о войне: «А выиграю ли я?». Национальная промышленность, подпитывающая войны, замедляется. Солдаты плохо воюют, когда они больны. Лидеры понимают, что их страны из-за пандемии стали слабее, и не знают, как население перенесёт войну. Пока лидеры будут беспокоиться о нынешней и возможных следующих пандемиях, войны между государствами станут менее частыми,

Во-вторых, есть проблема предоставления общественных благ. Это направление пострадает меньше, чем многим кажется. Предоставление благ, разумеется, снизится из-за пандемии, но, вероятно, ненамного. Новый, направленный внутрь вектор мышления элит будет означать в целом меньшее внимание к глобальному достоянию.

Однако при этом и COVID-19, и возникающая биполярность также создадут некоторые импульсы в пользу общественных благ. Пандемия потрясла лидеров всех государств. А когда лидеры считают, что сотрудничество в определённых областях может помочь им и их странам, они действуют соответственно.

Биполярные системы побуждают США и Китай поддерживать порядок, что ведёт к определённому сотрудничеству. История холодной войны доказывает, что сверхдержавы могут сотрудничать, даже если они являются откровенными противниками. США и Советский Союз заключили множество соглашений о контроле над ядерными вооружениями, поскольку обе страны считали это соответствующим национальным интересам.

Также важны убеждения отдельных лидеров. Вице-президент Джо Байден на протяжении всей своей карьеры – вплоть до нынешней предвыборной кампании – был сторонником многосторонности и ориентировался на взаимодействие с Китаем. В случае избрания он и его команда вернут мультилатерализм во внешнюю политику США. В случае победы Байдена вероятно предоставление общественных благ через многосторонние институты. Общественное здравоохранение, климат и управление кризисами – области возможного сотрудничества.


Но есть также последствия биполярности и COVID-19, которые негативно отразятся на международных отношениях.

Во-первых, они усилят фрагментацию. Биполярность делит систему на две части. Вирус вызывает ещё большее дробление. Это влияет на действия национальных элит. Лидеры сосредотачиваются на работе внутри страны, и у них меньше времени и средств на внешнюю политику. Коронавирус создаёт синергию с деглобализацией и национализмом, и вместе эти три тенденции усиливают фрагментацию.

Кроме того, пандемия усиливает разрыв международных связей во всех формах. Раскол между США и Китаем будет усиливаться за счёт расширения границ интересов национальной безопасности обеих стран. Высокие технологии были и останутся наиболее пострадавшим сектором. Новым явлением при этом становится раскол 2.0 – вторая волна, важной движущей силой которой является COVID-19. Этот раунд включит в себя мировую торговлю, поскольку не только США и Китай, но и все другие страны стремятся стать более независимыми. Скорее всего, это затронет секторы здравоохранения, цифровых данных и туризма.

Во-вторых, негативной тенденцией, способствующей фрагментации, являются сферы влияния и их развитие. Сферы влияния никому не нравятся, но это реальность. США и Китай обладают такими огромными возможностями, что в состоянии справиться с таким кризисом, как COVID-19, и сохранить свою власть на мировой арене. Китай будет быстро расширять своё влияние в Юго-Восточной Азии, где странам, сильно пострадавшим от вируса, потребуется экономическая помощь Пекина. Африка связана с обеими сверхдержавами. Европа, Ближний Восток, Северо-Восточная Азия и Латинская Америка будут держаться ближе к США.

Для России возникновение биполярности после COVID-19 представляет как возможности, так и риски. Для неё дипломатическая возможность маневрировать между США и Китаем возрастёт. Учитывая тесные отношения Москвы с Пекином, Китай останется предпочтительным партнёром, по крайней мере – в краткосрочной перспективе. В долгосрочной перспективе политический вектор России будет меняться в зависимости от её интересов по конкретным вопросам.

В любом случае – все страны будут стремиться к получению общественных благ. В сфере поддержания мира и безопасности у России есть возможность как ослабить конфликт, так и усилить свою мягкую силу. Однако ей нужно справляться с последствиями экономического раскола, вызванного как биполярностью, так и COVID-19.

Стоит учесть, что линия раскола между США и Китаем пройдёт в первую очередь по области высоких технологий. И тут России и всем прочим странам, скорее всего, придётся выбирать ту или иную сторону. Несмотря на тесные отношения Москвы с Пекином, способность работать с динамичным технологическим сектором США и покупать там товары останется очень важной. Новая биполярность станет тестом для России как для великой державы и выявит пределы её влияния в военно-политической сфере. Чтобы вести эффективную политику и не ставить заведомо нереализуемых целей, политикам полезно знать реальные возможности России.

В целом картина неоднозначная. Но не стоит бояться, что будущая международная система приведёт к хаосу. И COVID-19, и новая биполярность могут способствовать укреплению мира и сотрудничества.


 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх