Клуб «Валдай»

84 подписчика

Свежие комментарии

  • Николай Коробков
    Это про какую дистанцию в метро, здесь написано? Куча роликов где уплотнители в вагоны работают.Жить по-японски? ...
  • valerij
    Мы лучше других знаем, чего ожидать от наших "друзей" из Средней Азии и что-то на положительные эмоции это не настраи...Центральная Азия:...
  • valerij
    Эфиопам не выстоять против арабов.Египет и Эфиопия:...

Каким будет международное сотрудничество в мире Четвёртой промышленной революции?

Каким будет международное сотрудничество в мире Четвёртой промышленной революции?

Две мировые войны научили нас, что конкуренция и противостояние выгодны не всегда и не для всех. Это привело к созданию различных международных организаций и эре международного сотрудничества. Но сейчас мы вступили в новый период разделения. Глобальное лидерство ослабло, и усилилась конкуренция за гегемонию. Пришло время изучить новые направления взаимодействия, считает Хынчонг Ким, президент Корейского института международной экономической политики, спикер XVII Ежегодного заседания Валдайского клуба.

Распространение COVID-19 вынудило большинство граждан и организаций ограничить поездки и контакты, что спровоцировало серьёзный кризис в мировой экономике и торговле. Согласно прогнозу МВФ, потрясение на рынках труда и падение спроса вызовут сокращение мировой экономики на 4,4% в этом году, что является худшим показателем со времён Второй мировой войны. ВТО прогнозирует сокращение мировой торговли на 13–32% по сравнению с прошлым годом.

На начальных этапах пандемии COVID-19 мы видели, как международное сообщество вместо того, чтобы активизировать сотрудничество, впало в замешательство. Это привело к нациоцентричной политике, способствующей деглобализации. Цепочки поставок переносятся внутри стран – не только для товаров, необходимых для национальной безопасности и здоровья, но и также для всех сфер производства.

При этом ужесточаются протекционистские торговые ограничения. По данным ВТО, с октября 2019 года по май 2020 года были введены новые торговые ограничения на общую сумму 42,3 миллиарда долларов, что является самым высоким показателем с 2012 года.

Тенденция к деглобализации усилилась ещё после финансового кризиса в 2008 году. Разрыв в темпах роста между развитыми и развивающимися странами увеличился, и в развитых странах возникли социальные проблемы, вызванные поляризацией и слабостью рынков труда. Эти события усилили политическое давление в пользу внедрения новых форм торгового протекционизма. Более высокие тарифные и нетарифные барьеры и неопределённость в международной торговле привели к увеличению трансграничных транзакционных издержек. Глобальная торговля подавлена: её среднегодовые темпы роста падали с 7,7% в период с 2002 года по 2007 год до 3,5% в период с 2012 года по 2018 год. Пик падения мировой торговли к ВВП пришёлся на 2008 год, и с тех пор сохраняется тенденция к снижению.

В 2000-е годы глобальные производственно-сбытовые цепочки быстро расширялись, но после мирового финансового кризиса начали проявляться признаки их сокращения. Развивающиеся регионы преобразовывались из производственных баз в потребительские рынки по мере роста их экономики и затрат на рабочую силу. Технологический разрыв в производственном секторе сократился, а страны с развивающейся экономикой стали более самодостаточными. Рост торгового протекционизма и автоматизации производства всё чаще заставлял аутсорсинг производства ограничиваться внутренними партнёрами, что приводило к общему сокращению производственных цепочек в мире. В отчёте McKinsey за 2019 год отмечается, что соотношение экспорта к производству в химической, автомобильной, электронной и других основных отраслях обрабатывающей промышленности начало снижаться после мирового финансового кризиса. Внутреннее производство увеличилось в Восточной и Юго-Восточной Азии с 2008-го по 2016 год, в результате чего доля внешнего производства в их цепочках создания стоимости снизилась с 17,2% до 12,5%.

Распространение COVID-19 ускоряет тенденцию к деглобализации. Глобальная экономическая депрессия и растущее неравенство, вероятно, ещё больше усугубят нациоцентризм и односторонность, поскольку как развитые страны, так и страны с развивающейся экономикой готовят более жёсткие торговые и протекционистские меры. Налицо тревожная вероятность формирования порочного круга, когда замедление темпов торговли и экономического роста приводит к одностороннему давлению на страны с положительным торговым балансом, тем самым ещё больше замедляя мировую торговлю.

Ещё до пандемии COVID-19 в глобальной цепочке поставок возникали локальные сбои, вызванные, например, ядерной катастрофой на АЭС в Фукусиме. Но нынешний глобальный сбой в цепочках поставок, вызванный COVID-19, является беспрецедентным шоком. Правительства всего мира отреагировали на коронавирус, практически полностью остановив производство и потребление. Ситуация показала, насколько уязвимы нынешние глобальные цепочки поставок к инфекционным заболеваниям или стихийным бедствиям. Ожидается, что этот урок приведёт к изменениям в глобальной промышленной структуре, и эффективность может быть принесена в жертву во имя безопасного производства, снижения зависимости стран друг от друга и перестройки цепочек создания стоимости вокруг базовых отраслей экономики.

Существует вероятность того, что по мере корректировки глобальных цепочек создания стоимости начнётся так называемая декитаизация.

Потенциальные опасности цепочек добавленной стоимости, сосредоточенных на Китае, стали теперь более очевидными, и между США и Китаем усиливается гонка за технологическую гегемонию. Следует ожидать различных мер по снижению зависимости от Китая. В частности, конкуренция за технологическую гегемонию, вероятно, окажет значительное влияние на цепочки создания стоимости в области передовых технологий. Однако Китай обладает огромной квалифицированной рабочей силой и гигантским внутренним рынком. Если учесть, насколько технологии и промышленность взаимозависимы, и не забывать, что китайское правительство примет меры для противодействия этим усилиям, можно предположить, что масштабы «ухода от Китая» будут весьма ограниченными.

Если также учитывать продвижение за границу для стимулирования продаж, разрыв в стоимости рабочей силы и возможность замены рабочей силы технологиями, полномасштабный сдвиг в сторону национализации производства не выглядит лёгкой перспективой. Более реалистичным вариантом будет перенос цепочек поставок из отдалённых стран в близкие. В то время как аутсорсинг в отдалённые регионы может продолжаться в трудоёмких отраслях, следует ожидать, что большая часть переноса цепочек поставок будет происходить в технологических секторах с высокой добавленной стоимостью, таких как производство материалов, запчастей и оборудования, а также в прочих областях, где могут быть применены новаторские технологические решения.

Мы ожидаем, что глобальные производственно-сбытовые цепочки будут преобразованы в рамках тенденции к многополярности в региональные цепочки, поскольку производственные базы перемещаются ближе к локальным рынкам, а линии спроса и поставок диверсифицируются ради обеспечения безопасности. В результате производственно-сбытовые цепочки будут интегрированы в региональные блоки в Азии, ЕС и Северной Америке, сосредоточенные на странах, которые обладают высокими технологиями или гигантским рынком потребления – таких как Китай, Германия и США.

В условиях COVID-19 цифровые технологии используются для борьбы с болезнью, и расширяются так называемые «бесконтактные» услуги. Это ещё больше способствует росту цифровых отраслей.

Пандемия ускорила цифровую трансформацию и открыла эру Четвёртой промышленной революции.

Это, в свою очередь, приведёт к инновациям в глобальной цепочке создания стоимости. Возможно появление новых продуктов и услуг на онлайн-рынке, а также в цифровых отраслях, таких как облачные сервисы, анализ данных, образовательные и бизнес-услуги. Развитие цифровых платформ будет способствовать дальнейшей интеграции глобальных рынков, а технологии данных, программное обеспечение, дизайн и другие цифровые услуги станут ядром новых цепочек создания стоимости. В долгосрочной перспективе офшорный аутсорсинг для снижения затрат на рабочую силу будет заменён производством с использованием технологий искусственного интеллекта. Мы увидим передовые технологии с применением роботов и автоматизации, которые позволят большему количеству компаний отказаться от офшорного аутсорсинга и сократить глобальные цепочки создания стоимости.

Международное сотрудничество в эпоху дефрагментации

Две мировые войны научили нас, что конкуренция и противостояние выгодны не всегда и не для всех. Это привело к созданию различных международных организаций и эре международного сотрудничества. Но сейчас мы вступили в новый период разделения. Глобальное лидерство ослабло, и усилилась конкуренция за гегемонию между крупными державами, что усугубляется угрозами COVID-19. Пришло время изучить новые направления международного сотрудничества и рассмотреть возможности, которые порождены COVID-19 и Четвёртой промышленной революцией.

Текущая пандемия будет преодолена. Но мы также должны подготовиться к возможности возникновения новой эпидемии по мере продолжения глобального потепления. Наш опыт борьбы с COVID-19 помогает нам понять важность устойчивого развития. Мы должны принять коллективные меры в ответ на угрозы здоровью, изменение климата и другие вызовы, которые угрожают окружающей среде и развитию мирового сообщества. Чтобы противостоять тенденции поляризации, которая становится всё более ярко выраженной из-за COVID-19, и использовать возможности, предоставляемые продолжающейся Четвёртой промышленной революцией, мы должны сократить так называемый «цифровой разрыв» между демографией и регионами. Доступ к цифровой инфраструктуре должен быть улучшен для всех стран вместе с совершенствованием международного сотрудничества в области стандартов и систем.

Корея запустила так называемый Корейский новый курс, чтобы преодолеть проблемы COVID-19 и адаптироваться к эпохе цифровой трансформации и изменения климата. Корейский новый курс был разработан на основе двух базовых факторов роста – Цифрового нового курса и Зелёного нового курса, – а также фактора поддержки сети социальной защиты и инклюзивной государственной системы – Гуманитарного нового курса. Подобные инициативы мы наблюдаем во всём мире. Я верю, что наши усилия в этой области откроют возможности для сотрудничества, которое принесёт пользу всем.

Мы боремся с отсутствием глобального лидерства на фоне изменения парадигмы, вызванного COVID-19. Несогласованные меры реагирования на пандемию подняли степень неопределённости на более высокий, чем когда-либо, уровень. Мы должны противостоять этой неопределённости, восстанавливая многосторонние платформы, основанные на общечеловеческих ценностях и правилах. Корея остаётся реальным примером достижения успеха через свободную торговлю и может поделиться своим опытом экономического развития с другими странами, находящимися в настоящее время в процессе развития.


 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх