Клуб «Валдай»

83 подписчика

Свежие комментарии

  • Николай Коробков
    Это про какую дистанцию в метро, здесь написано? Куча роликов где уплотнители в вагоны работают.Жить по-японски? ...
  • valerij
    Мы лучше других знаем, чего ожидать от наших "друзей" из Средней Азии и что-то на положительные эмоции это не настраи...Центральная Азия:...
  • valerij
    Эфиопам не выстоять против арабов.Египет и Эфиопия:...

Итоги года: США как катализатор глобальной стратегии Китая

Итоги года: США как катализатор глобальной стратегии Китая

Ключевым международным явлением 2019 года стала стратегическая непоследовательность Соединённых Штатов, которые начали оказывать фронтальное давление на Китай, тем самым стимулируя формирование собственной китайской глобальной стратегии. Именно США путём военно-политического и экономического давления, по сути, помогли Пекину сформулировать своё глобальное видение, нацеленное на создание альтернативного международного порядка. Вашингтон заставляет Китай делать то, чего тот хочет меньше всего, – окончательный выбор, выбирать из доступных вариантов и тем самым ограничивать себя в манёвре, пишет программный директор клуба «Валдай» Андрей Сушенцов.

Очевидно, что в международных делах Китай занимает оборонительную позицию. Он осознаёт собственную внутреннюю хрупкость и асимметричность развития различных регионов страны, понимает промежуточный характер достижений экономического развития государства. Китайские элиты не стремятся к разрушению экономического симбиоза с Соединёнными Штатами и вынуждены идти по этому пути, поскольку на нём настаивают США.

Китай не предлагает альтернативной идеологии в своём соперничестве с США. Идеологемы, которые озвучивают китайские руководители, чаще всего выводят новую версию общего благосостояния.

Например, инициативы о создании региона совместного экономического процветания в Азии или программа «Пояс и путь», которая представляется китайскими руководителями как безусловное общее благо.

Конечно, Китай получает преимущества от открытого характера глобальной торговли и действует оппортунистически. Китайская инвестиционная стратегия активна в Европе и встречает там взаимный интерес со стороны местных правительств. Так, Венгрия делает выбор в пользу китайского предложения по развитию сетей 5G. В Германии дискуссия по этой теме выходит на уровень канцлера и президента. При этом ФРГ противится американскому давлению, которое побуждает Берлин блокировать технологическое сотрудничество с Китаем. Пекин также усиливает своё партнёрство с Россией к обоюдной выгоде.

Во всех этих инициативах до последнего времени отсутствовала чётко сформулированная стратегия, видение. Вероятно, главным общим знаменателем для всех китайских инициатив является принцип прагматизма, а не харизматическое лидерство для XXI века по типу американского. При этом именно прагматизм позволяет Китаю и России легче находить общий язык. Для экспертов очевидно, что ключевые жизненные интересы Китая носят сугубо региональный характер. Это касается ситуации в Восточно- и Южно-Китайском морях, а также Тайваня, который играет ключевое значение для безопасности Китая. Пекин воспринимает себя как преимущественно морскую державу, благосостояние которой зиждется на морской торговле. И поскольку эта торговля прежде всего протекает по Тихому океану и окрестным морям, то Тайвань находится в самом центре ключевых торговых потоков китайской экономики. Контроль над Тайванем будет жизненно важной целью любого китайского правительства. Это побуждает Пекин наращивать свой торговый и военно-морской флот для защиты морских коммуникаций.

Но при этом у Китая нет опыта проецирования силы за рубежом, его стратегическая культура не получила развития в этом направлении. Опыт военной стратегии характерен для классических европейских держав, имеющих богатый послужной список конфликтов и переговоров. Происходящий рост китайской мощи скорее можно сравнить с переливанием жидкости за края кастрюли, чем с осознанной стратегией. Вероятно, поэтому процесс получения необходимого для великой державы опыта будет не столь быстрым.

Американское давление, цель которого – сдерживать Китай – побуждает его сформулировать глобальную стратегию. Торговыми барьерами и санкциями, политическим давлением на Пекин, а также на своих ближайших союзников США фактически побуждают Пекин чётче формулировать цели своего развития, не полагаясь на благоприятную внешнюю конъюнктуру.

Особенное давление американцы оказывают по вопросу о технологическом сотрудничестве Китая со своими союзниками, а также по теме производства редкоземельных металлов, которые играют ключевую роль в микроэлектронике. Пока на столе мер давления отсутствуют серьёзные финансовые санкции в отношении китайской экономики. Но как только они будут внимательно рассмотрены американцами, Китай будет делать шаги по созданию альтернативной системы финансовых расчётов, к которой, безусловно, быстро присоединится Россия.

Ключевой неопределённостью американо-китайского процесса является мера остроты будущей реакции Китая. Пока он удерживает прежнюю линию о том, что глобализация играет на всеобщее благо и Китай является её защитником. Эта линия соответствует главной метафоре китайской мощи – архетипического образа благожелательного правителя, который незаметен для подданных, но создаёт условия, в которых процветает экономика и нет условий для кризиса. Американцы заставляют Китай выйти из этой естественной для него зоны комфорта, и нам ещё предстоит узнать, какой может быть реакция китайских властей. В силу ограниченного стратегического опыта переход Китая между моделью благожелательного правителя и моделью резкой и радикальной реакции на кризис может быть очень быстрым.

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх