Клуб «Валдай»

84 подписчика

Свежие комментарии

  • Николай Коробков
    Это про какую дистанцию в метро, здесь написано? Куча роликов где уплотнители в вагоны работают.Жить по-японски? ...
  • valerij
    Мы лучше других знаем, чего ожидать от наших "друзей" из Средней Азии и что-то на положительные эмоции это не настраи...Центральная Азия:...
  • valerij
    Эфиопам не выстоять против арабов.Египет и Эфиопия:...

Почему разговоры об «арктической холодной войне» преувеличены

Почему разговоры об «арктической холодной войне» преувеличены

Укрепление отношений в «арктическом треугольнике», а также между всеми арктическими, приарктическими и неарктическими заинтересованными сторонами в целом требует создания возможностей для развития взаимных интересов, обеспечения соблюдения международных законов и институтов, поддержания мирной и стабильной обстановки, привлекательной для инвесторов и защищающей коренные народы, пишет Джереми Тэш, доцент Университета Тоусона, участник первого «арктического» семинара, который Валдайский клуб провёл совместно с НИУ ВШЭ 10 июня.

Хотя американский журнал National Geographic достиг пика своей популярности в конце 1980-х годов, когда его тираж в Северной Америке составлял около 12 миллионов экземпляров, его нынешний глобальный тираж около 6,5 миллионов экземпляров в месяц тем не менее обеспечивает ему положение очень популярного офлайн- и онлайн-источника географической информации. Журнал стремится предоставить «диванным путешественникам» точные сведения об окружающем мире, о далёких местах, куда даже опытным странникам сложно попасть. Конечно, некоторые статьи могут иметь сенсационный посыл, однако общественная миссия Национального географического общества США, издающего National Geographic, состоит в том, чтобы продвигать «силу науки, исследований, образования и журналистики во имя изменения мира».

Вероятно, именно ради всего вышеперечисленного журнал опубликовал две статьи: одну 8 мая 2019 года, за день до дня Победы, под заголовком «Когда тает арктический лёд, варится новая холодная война», а вторую – под названием «Тающая Арктика нагревает новую холодную войну» – спустя всего три месяца, 15 августа 2019 года. Как ни странно, эти статьи National Geographic не поднимают новые темы, а скорее перекликаются с публикациями других новостных агентств о том, что Арктика является местом ожидаемой военной конфронтации:

  • «Великобритания направит 800 военнослужащих в Арктику, опасаясь влияния России» (Associated Press, 09/2018);
  • «Россия наращивает своё арктическое военное присутствие и НАТО следует беспокоиться, говорится в новом докладе»
  • (The Independent, 09/2017);
  • «Арктика: место следующего противостояния США и России» (The Atlantic, 03/2014);
  • «Замороженный конфликт: Дания претендует на Северный полюс» (The Economist, 01/2014);
  • «Арктическая холодная война накаляется» (The Moscow Times, 03/2012).

Обычно считается, что спор за Арктику «разгорелся» 3 августа 2007 года, когда экипаж подводного аппарата «Мир-1», состоявший из трёх человек, установил титановый российский флаг на морском дне над Северным полюсом. Международную реакцию после глобального распространения нечёткой фотографии с флагом выразил тогдашний министр иностранных дел Канады Питер Маккей: «Сейчас не пятнадцатый век. Вы не можете разъезжать по миру, расставлять флаги и говорить: “Мы претендуем на эту территорию”».

Поскольку российское правительство выступает за более заметное присутствие в Арктике – на что нервно реагируют другие правительства, осведомлённые о расширении военного присутствия России на её Крайнем Севере, – некоторые связанные с этим важные моменты часто игнорируются.

Да, летом 2007 года аппараты «Мир-1» и «Мир-2» участвовали в запланированной российскими властями экспедиции по уточнению карты морского дна, но знаменитое мероприятие по установке флага финансировалось шведским фармацевтическим магнатом Фредериком Паулсеном и было организовано австралийско-американской группой энтузиастов глубоководных исследований. Иными словами, этот шаг, вызвавший гнев министра иностранных дел Канады и сосредоточивший внимание международных средств массовой информации на «новой холодной войне», вряд ли был подготовлен специально для проведения исследований в поддержку претензий России на хребет Ломоносова или как свидетельство территориальных приобретений.

Москва всегда сохраняла интерес к Арктике, но сейчас, судя по всему, этот интерес растёт. Российская военно-морская доктрина признаёт, что Арктика является одним из приоритетных регионов. Россия не только обладает крупнейшим в мире флотом атомных ледоколов, но и планирует увеличить его состав. Это используется некоторыми западными комментаторами, чтобы указать на военное преимущество России над США в Арктике. Иногда они также подчеркивают, что события 2014 года, касающиеся российско-украинских отношений, демонстрируют готовность России действовать жёстко и порой нарушать правила международного поведения.

Однако Россия, как и другие арктические и неарктические государства, также выигрывает от международного сотрудничества и соблюдения правил в Арктике. Дело не в последнюю очередь в том, что сложности работ в исключительных условиях Арктики наглядно демонстрируют положительное значение сотрудничества. Именно эта «исключительная среда» делает некоторые сферы деятельности в Арктике – такие как поисково-спасательные работы, научные исследования и реагирование на загрязнение морской среды – транснациональными и, следовательно, стимулирует коллективные действия. Более того, экономическое развитие Арктики как транснационального региона с большими возможностями для развивающихся рынков является ключевой стратегической целью России. Президент Владимир Путин, например, прямо говорит, что Северный морской путь станет международной транспортной артерией, способной составить конкуренцию традиционным морским линиям. Деловые круги нуждаются в определённости и стабильности регулирования, чтобы минимизировать свои риски и инвестировать в Арктику. Неопределённость, связанная с нестабильной политической обстановкой, может привести к сокращению инвестиций и снижению экономического интереса к региону – а это ситуация, которой как арктические, так и неарктические заинтересованные стороны должны избегать.

Хотя размещение 3 августа 2007 года титанового флага на морском дне захватило заголовки мировых СМИ, это был не первый случай, когда флаг был установлен вблизи Северного полюса. Исследователь Роберт Пири в ходе своей третьей полярной экспедиции (она же – его восьмое и последнее путешествие на циркумполярный север), результаты которой были изучены и признаны достоверными Национальным географическим обществом, установил американский флаг где-то неподалёку от географического Северного полюса. Чтобы отметить это событие, Пири якобы написал записку, поместил её в стеклянную бутылку и спрятал в ледяную щель:

«В этот день я установил национальный флаг Соединённых Штатов Америки на этом месте, которое, как показывают мои наблюдения, является северной полярной осью Земли, и официально овладел всем регионом и прилегающими к нему районами от имени президента Соединённых Штатов Америки».

Когда в начале сентября 1909 года Пири прибыл в Индиан-Харбор, штат Ньюфаундленд, он послал президенту Тафту следующую телеграмму:

«Уильяму Г. Тафту, президенту Соединённых Штатов, Вашингтон, округ Колумбия.

Имею честь предоставить Северный полюс в ваше распоряжение.

Р. Э. Пири, ВМС США»

В отличие от газетной шумихи, вызванной установкой титанового вымпела Артуром Чилингаровым, попытка Пири сделать именно то, против чего выступал министр иностранных дел Маккей, привела лишь к одному «громкому» заголовку в выпуске San Francisco Call от 9 сентября 1909 года: «Тафт не хочет полюса». Действительно, в ответ на щедрое предложение Пири президент Тафт ответил:

«Спасибо за ваше интересное и щедрое предложение. Я не знаю точно, что бы я мог сделать с этим».

Кстати, есть и более свежие примеры того, как Соединённые Штаты заигрывают с возможностью дальнейшего расширения своего суверенитета Арктике. В 1946 году США предложили заплатить Дании 100 миллионов долларов за покупку Гренландии, а не так давно Национальное общественное радио сообщило, что «Трамп действительно хочет купить Гренландию» (NPR, 19 августа 2019 года).


Хотя Гренландия и Дания ясно дали понять президенту Дональду Трампу, что на Гренландии «не висит табличка “Продаётся”», неудачная попытка Трампа заключить сделку с недвижимостью ещё раз подчеркнула, что некоторые наблюдатели всё чаще рассматривают Арктику как арену для геополитической конкуренции. Она также подчеркнула, что администрация Трампа до сих пор не торопилась обращать внимание на арктический регион. И вот теперь и министерство обороны, и военно-морской флот выпустили документы по арктической стратегии. Кроме того, Береговая охрана также подготовила свой собственный документ на эту тему, а Сенат США окончательно утвердил летом 2019 года (после двух десятилетий проволочек) её запрос на финансирование приобретения первого из трёх запланированных новых полярных ледоколов вдобавок к двум действующим. Хотя приобретение новых ледоколов явно предназначено для защиты интересов США в Арктике, важно отметить, что ледоколы Береговой охраны сознательно называют «полярными», поскольку они способны работать как в Арктике, так и в Антарктике. Кроме того, значительная часть ледокольных мероприятий проводится в поддержку исследовательской деятельности Национального научного фонда (ННФ) в обоих полярных регионах. Таким образом, проблематично определить фактическую новую политику Белого дома, а также чётко интерпретировать заявления президента Трампа относительно Арктики. Возможно, самое ясное, если не сказать откровенное, заявление Трампа по Арктике было изложено после его встречи с президентом Финляндии 23 апреля 2018 года: «Оба лидера подтвердили, что необходимо укреплять безопасность в Арктике».

Пусть Арктика и не выглядит приоритетной задачей для нынешнего президента, но применительно к ней, как и на других внешнеполитических направлениях, его администрация использует для взаимодействия как с союзниками, так и с конкурентами основанный на отказе от сотрудничества подход «Америка прежде всего». Эта бескомпромиссная стратегия привела к неоднозначным результатам и даже вызвала трения между Соединёнными Штатами и Канадой, их основным арктическим партнёром. Хотя бывший вице-президент Джо Байден, демократический конкурент Трампа на предстоящих президентских выборах в ноябре 2020 года, выступил с резкой критикой подхода президента Трампа «Америка прежде всего», он тоже до сих пор чётко не обрисовал, как его администрация будет работать с арктическими государствами и негосударственными заинтересованными сторонами. Однако известно, что основная глобальная проблема изменения климата может быть решена только в том случае, если страны будут сотрудничать друг с другом и отвергать изоляционизм. Также ясно, что, если попытка Байдена стать 46-м президентом Америки будет успешной, его внешнеполитические приоритеты будут включать восстановление доверия и единства среди американских партнёров при одновременном продолжении сотрудничества с предполагаемыми соперниками по вопросам, где интересы совпадают, что включает, в частности, изменение климата. Действительно, Байден был одним из первых американских политиков, предложивших законопроект об изменении климата в Сенате: более трёх десятилетий назад он представил Закон о глобальной защите климата 1986 года. Совсем недавно, в январе 2020 года, Байден говорил о важности защиты Арктики как национального заповедника дикой природы от бурения и разработки месторождений нефти и газа – явный контраст с попытками Трампа стимулировать увеличение добычи ископаемого топлива на Аляске.


Растущее экономическое и стратегическое значение циркумполярного севера требует большего внимания со стороны федеральных политиков США. Пренебрежение администрации Трампа арктической политикой имеет последствия для всего обширного арктического региона и для мира за его пределами. В анонсе своего семинара, состоявлшегося 10 июня 2020 года, Валдайский клуб отметил: «На глазах формируется “арктический треугольник”, в который входят США, Россия и Китай. Их возможности, амбиции и дипломатический потенциал и будут определять будущее региона». Укрепление отношений в рамках «арктического треугольника» – а также отношений между всеми арктическими, приарктическими и неарктическими заинтересованными сторонами в целом – требует создания возможностей для развития взаимных интересов, обеспечения соблюдения международных законов и институтов, поддержания мирной и стабильной обстановки, привлекательной для инвесторов и защищающей общины коренных народов. Невзирая на разногласия по поводу потенциальной роли НАТО в Арктике, включения неарктических государств в управление Арктикой и участия коренных народов в принятии циркумполярных решений, Россия и Китай сохраняют уважение к структурам регионального управления и международным институтам, в особенности к Арктическому совету. Несмотря на постоянные призывы National Geographic и других средств массовой информации к «арктической холодной войне», Соединённые Штаты также будут сохранять уважение к региональным структурам управления и международным институтам и продолжать сотрудничество в Арктике как при благодушно-пренебрежительном подходе Трампа, так и при возможном возвращении (в случае прихода к власти Байдена) к арктической политике эпохи Барака Обамы.

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх