Клуб «Валдай»

86 подписчиков

Свежие комментарии

  • Николай Коробков
    Это про какую дистанцию в метро, здесь написано? Куча роликов где уплотнители в вагоны работают.Жить по-японски? ...
  • valerij
    Мы лучше других знаем, чего ожидать от наших "друзей" из Средней Азии и что-то на положительные эмоции это не настраи...Центральная Азия:...
  • valerij
    Эфиопам не выстоять против арабов.Египет и Эфиопия:...

Сирия: международное гуманитарное правило, не право?

Сирия: международное гуманитарное правило, не право?

Для Запада любой разговор о восстановлении начинается с политического урегулирования, тематика же гуманитарной помощи зачастую политизирована. Но кто-то, наконец, должен поставить вопрос о том, чего добилась санкционная политика за последние годы, кроме ухудшения гуманитарного положения сирийского населения? Не стоит ли начать пересмотр этой устаревшей и неэффективной политики, равно как произвести переоценку конфликта исходя из реалий сегодняшнего дня? Проблемы санкций и гуманитарной помощи Сирии, а также ситуацию в Идлибе обсуждает Руслан Мамедовпрограммный менеджер РСМД.

Мировое сообщество пережило голосование в ООН по механизму доставки трансграничной помощи в Сирию. На повестке дня был вопрос контрольно-пропускного пункта Баб-эль-Хава, срок работы которого заканчивался 11 июля 2021 года. Этот пункт на турецко-сирийской границе – последний из четырёх с начала работы механизма. Он снабжает гуманитарной помощью последнюю зону деэскалации на северо-западе Сирии – провинцию Идлиб. Контроль над провинцией удерживают различные антиправительственные и террористические группировки, в первую очередь «Хайат Тахрир аш-Шам» (ХТШ)

Гуманитарная помощь vs санкции

По словам генерального секретаря ООН Антониу Гутерриша, на северо-западе Сирии в гуманитарной помощи нуждаются более 70 % населения.

В их числе – 2,7 миллиона перемещённых лиц (считается, что население провинции Идлиб около 4 миллионов человек). В связи с этим Гутерриш призвал продлить трансграничные операции на год. Продление механизма трансграничных операций в Идлибе через Турцию необходимо Анкаре, Вашингтону и ряду западных стран. Сама Сирия, как и поддерживающие её государства, включая Россию, считают, что вся необходимая гуманитарная помощь может идти при взаимодействии с официальным сирийским правительством и через Дамаск. Главная задача для Дамаска с одной стороны и здоровых сил оппозиции в Идлибе, с другой – обеспечить гуманитарный доступ через линию разграничения. В отношении гуманитарного доступа у неправительственных организаций часто возникают вопросы как к Дамаску, так и к оппозиционным группам.

Тема трансграничных гуманитарных операций, по словам американского президента Джо Байдена, обсуждалась на его встрече с российским лидером Владимиром Путиным в Женеве. Позднее американские официальные лица сообщали, что никакой договорённости по сохранению трансграничной гуманитарной помощи достичь не удалось. При этом неназванные американские чиновники делятся со СМИ подобного рода сообщениями: «…Мы ясно дали понять, что это [трансграничные операции] очень важно для нас, если мы собираемся продолжить сотрудничество по Сирии». Такая логика, при которой Россия должна позволить трансграничным операциям существовать, а взамен рассчитывать на потенциальное сотрудничество по Сирии когда-то в будущем, вызывает серьёзные сомнения. Особенно это чувствуется в контексте американских санкций против Сирии, серьёзно подрывающих общую гуманитарную ситуацию в стране. Закон Цезаря, принятый конгрессом США в 2020 году, будучи наиболее серьёзным санкционным документом против Сирии, кроме прочего, ограничивает взаимодействие Дамаска с третьими странами. В рамках дискуссии «Гуманитарный кризис в Сирии: всё только начинается?», прошедшей 17 июня в клубе «Валдай», генеральный директор Damascus Center for Research and Studies Хамес Зрейк заявил, что, несмотря на введение США и ЕС санкций с целью «ослабления политической системы Сирии, в реальности их воздействие таково, что страдает от них исключительно сирийское население».

Сегодня на Западе нет логики, что гуманитарная ситуация исправляется не только и не сколько гуманитарной помощью, а экономическим восстановлением страны. Для Запада любой разговор о восстановлении начинается с политического урегулирования, тематика же гуманитарной помощи зачастую политизирована. Но кто-то, наконец, должен поставить вопрос о том, чего добилась санкционная политика за последние годы, кроме ухудшения гуманитарного положения сирийского населения? Не стоит ли начать пересмотр этой устаревшей и неэффективной политики, равно как произвести переоценку конфликта исходя из реалий сегодняшнего дня? На дворе не 2014 год, когда принимались решения о трансграничных гуманитарных операциях в качестве исключительной меры, и ситуация в регионе изменилась. На то, что такое мнение как минимум учитывается администрацией Джо Байдена, указывает несколько фактов. Так, идут сообщения, что американская администрация рассматривает идею сдерживания использования санкционного оружия (стремится скорректировать «порочную» практику бывшего президента Дональда Трампа). Кроме того, администрация Байдена решила не продлевать исключение из санкций в отношении американской Delta Crescent Energy, которая вела разработку нефтяных месторождений на северо-востоке Сирии (где американцы присутствуют незаконно и в качестве оккупантов). Представляется, что Москва и Вашингтон ещё сохраняют возможности для диалога по Сирии и при должных усилиях могли бы попробовать совместно развязать накопившийся клубок противоречий.

Помощь не в те руки

Сложившаяся в Идлибе военно-политическая обстановка уже давно вызывает тревогу у международных организаций, предоставляющих гуманитарную помощь. Финансирование работы НПО в Идлибе резко сократилось в январе-феврале 2019 года после установления полного доминирования над провинцией со стороны возглавляемой Абу Мухаммадом аль-Джулани ХТШ. Снизилась транспарентность предоставления помощи в Идлиб. Тогда ряд международных НПО вышли из Идлиба как перед лицом террористической угрозы, так и понимая, что предоставляемая ими гуманитарная помощь может попадать не в те руки. Тем не менее Абу Мухаммад аль-Джулани и боевики ХТШ сумели не только установить контроль над провинцией, но и приняли ряд решений по обелению террористической группировки на Западе. Такой ребрендинг, чем аль-Джулани занимался не единожды ещё со времён его связей с ИГИЛ , поддерживается определёнными кругами на Западе. Это стало понятно и в связи с недавними сообщениями российских дипломатических источников в СМИ о прямых контактах представителей западных разведок (например, Джонатана Пауэлла из МИ-6) с Абу Мухаммадом аль-Джулани близ КПП «Баб аль-Хава».

Закрытие КПП «Баб аль-Хава» для трансграничных гуманитарных операций серьёзно отразилось бы на гуманитарной ситуации в Идлибе. Россия приняла решение продлить механизм предоставления помощи через этот КПП. Однако нельзя упускать время. Необходимы международные усилия по продвижению гуманитарных конвоев в Идлиб через линию разграничения и во взаимодействии с сирийским правительством. В этом плане может быть полезно продвигать обсуждение деталей такого подхода. Сложность в том, что от провокаций со стороны террористов не будут защищены ни гуманитарные конвои, ни военные Сирии, России, Турции или США. Хотя у Турции и имеются в Идлибе тесные отношения с рядом антиправительственных сирийских группировок так называемой Сирийской национальной армии, тем не менее эти группы слабы перед ХТШ. Этот факт вынуждает Турцию не выступать активно против ХТШ. В последнее время ХТШ вновь активизировалось и оказывает давление на ряд более мелких идлибских группировок. Последняя громкая новость связана с выходцем из постсоветского пространства. Согласно телеграм-каналу Directorate-4, «ветеран джихада, главарь группировки “Джунд Аш-Шам” Мурад Маргошвили, более известный как Муслим Аш-Шишани» получил в ультимативной форме приказ сложить оружие и покинуть Идлиб или присоединиться к ХТШ. Такие предложения уже получили ряд других лидеров террористических группировок, так или иначе подчинившихся ХТШ.

***

Ситуация в Сирии не решена и ещё не близка к геополитическому равновесию. Политика ХТШ говорит о дальнейшей консолидации власти в Идлибе в руках Абу Мухаммада аль-Джулани. Всё это может подводить к необходимости совместного российско-турецко-сирийского (Дамаск) решения вопроса различными методами. Не исключено, что Дамаск решится как минимум на ограниченное военное решение в целях установления контроля над логистически важной трассой М4, ведущей из Алеппо в Латакию, что позволило бы восстановить экономические связи между регионами страны. Что касается гуманитарной помощи, то в новом – как говорят на Западе, основанном на правилах – миропорядке международное гуманитарное право, видимо, может оказаться не правом, а правилом. Со всеми вытекающими обстоятельствами.

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх