Клуб «Валдай»

84 подписчика

Свежие комментарии

  • Николай Коробков
    Это про какую дистанцию в метро, здесь написано? Куча роликов где уплотнители в вагоны работают.Жить по-японски? ...
  • valerij
    Мы лучше других знаем, чего ожидать от наших "друзей" из Средней Азии и что-то на положительные эмоции это не настраи...Центральная Азия:...
  • valerij
    Эфиопам не выстоять против арабов.Египет и Эфиопия:...

Французские президенты после де Голля:

Французские президенты после де Голля:

Франция находится на распутье. Традиционные элиты как никогда дискредитированы и воспринимаются большинством населения «оторванными от реальности и земли». Ставятся под сомнение институты Пятой республики, даже звучат призывы к смене Конституции и установлению Шестой республики. Всё говорит о том, что французы находятся в ожидании «спасителя страны». О том, каким он должен быть, пишет Арно Дюбьен, руководитель франко-российского Аналитического центра «Обсерво».

8 января 2021 года президент Франции Эммануэль Макрон совершил поездку на могилу бывшего президента Франсуа Миттерана в городе Жарнак на юго-западе страны в связи с двадцатипятилетней годовщиной со дня смерти первого социалиста на посту президента Пятой республики. Стоит отметить, что во время президентского срока Макрона умерли два бывших президента Франции: в сентябре 2019 года – Жак Ширак (президент с 1995 года по 2007 года), а в декабре прошлого года похоронили Жискара д’Эстена (срок полномочий с 1974 года по 1981 года).

И эти сконцентрированные во времени события, вызвавшие определённую ностальгию у многих жителей страны, наводят на размышления о французских президентах XXI века: имеют ли они президентский масштаб и что сломалось на рубеже веков?

Вот уже пятнадцать лет, как у французов складывается впечатление, что их лидеры не соответствуют их представлениям о главе государства. Это началось с Николя Саркози, который с самого начала президентства вызвал шквал критики по поводу своего стиля. Один из нашумевших случаев – во время посещения крупнейшей сельскохозяйственной выставки, которую традиционно открывает и обходит текущий глава государства в силу важности отрасли, Саркози вступил в спор с рыбаком и завершил «беседу» нецензурными словами в адрес последнего. Этот «выход в люди» показал, до какого уровня может опуститься человек, занимающий пост президента, даже несмотря на присутствие многочисленных камер. Тем не менее лидерские качества Николя Саркози в ходе управления страной во время мирового финансового кризиса и урегулирования конфликта в Грузии никогда не ставились под сомнения.

Есть следующее мнение о природе поражения Николя Саркози на выборах в 2012 году: французы проголосовали именно против него как личности, носителя тех качеств, которые им неприятны и с которыми они не готовы смириться, а не против его действий в качестве главы государства.

Сомнения французов относительно масштабов личностей их президентов в текущем веке вновь всплыли в 2012 году сразу после избрания президентом Пятой республики Франсуа Олланда и его прихода в Елисейский дворец. Он называл себя – дословно – «нормальным президентом», таким образом, по сути, относя Саркози к «ненормальным». Олланд играл на контрасте к Саркози, демонстрируя спокойствие и сдержанность, демократичность и даже простоту, не раскалывал и не провоцировал общество своими высказываниями.

Парадокс состоит в том, что президентство «нормального президента» оказалось по факту самым «ненормальным» в истории Пятой республики.

Помимо экстраординарных трагических событий: волна терактов прокатилась по Франции в 2015–2016 годах, «ненормальность» заключается и в том, что Олланд плохо контролировал правительство и умудрился потерять парламентское большинство – а это полностью зависело от него. Ещё во время избирательной кампании Лоран Фабиус, которого Олланд позже назначит министром иностранных дел и международного развития, публично спрашивал: «Вы серьёзно воспринимаете Франсуа Олланда как возможного президента?!» Спустя всего полгода после избрания рейтинг Олланда опустился до невиданного до этого уровня – всего около 20 процентов поддержки!

Де-факто он стал самым слабым президентом в истории Французской Республики и сам отказался от идеи переизбираться на второй срок, осознавая свои реальные позиции, – так не поступал ни один из его предшественников.

Эммануэль Макрон, избранный в мае 2017 года в возрасте 39 лет, оказался самым молодым главой Франции с 1848 года, когда первым президентом Второй Французской республики стал Луи-Наполеон Бонапарт (позже Наполеон III).

Приход к власти молодого Макрона породил надежды на перемены на фоне дискредитации политического класса Франции. Французов уже разочаровали все традиционные партии и силы – и правые, и левые, – руководившие страной последние год. На этом фоне победил Макрон, возглавлявший движение «Вперёд!», которое не имело в названии даже слова «партия».

Как часто бывает при завышенных ожиданиях, Макрон быстро разочаровал французов. Целесообразно вспомнить контекст его избрания, из-за которого его называли даже «случайным президентом». Он был избран на фоне скандала вокруг другого – считавшегося более сильным – кандидата, Франсуа Фийона. При этом у Макрона с самого начала была узкая и хрупкая социологическая база. В 2018 году Эммануэль Макрон столкнулся с крупнейшим кризисом, протестным движением «жёлтых жилетов», после чего сильно усилилась критика его пребывания на посту президента, а в глазах людей он стал не «президентом обновления», а «президентом богатых». С тех пор уровень неудовлетворения его деятельностью стабильно находится на уровне 2/3 респондентов. Весной 2022 года заканчивается его первый президентский срок. Его переизбрание возможно, но только в силу отсутствия явного достойного лидера.


Почему всё так печально происходит со всеми президентами Франции XXI века? «Обречены» ли они на бессилие и непопулярность?

Главное объяснение описанных разочарований заключается в том, что все они находятся в тени основателя Пятой республики Шарля де Голля. Только в 2020 году были отмечено три юбилея, связанных с ним: 50-летие со дня смерти, 80-летие со дня знаменитого воззвания 18 июня 1940 года и 130-летие со дня рождения. Все следующие президенты пытались подражать ему, апеллировать к его наследию… но не каждому президенту дано спасти страну, а де Голль спасал её дважды: во время Второй мировой войны и в 1958 году, когда Франция была на грани гражданской войны на фоне алжирской войны за независимость.

Следующая причина – это сама Конституция Пятой республики, которую де Голль написал под личность президента своего масштаба. Это касается всего – от полномочий до функционирования институтов. После Жака Ширака драматический разрыв между качествами генерала и, так сказать, «президентов из Конституции», с одной стороны, и качествами действующих президентов – с другой, стал настолько печально очевиден, что это начало подрывать нормальное функционирование всех институтов в стране.

Ещё одна проблема французских президентов XXI века вытекает из противоречивости французского менталитета. Французы, невзирая на то, что в 1793 году отправили на гильотину Людовика XVI, на самом деле не отвергли саму идею короля во главе страны. Многие юристы Пятую республику характеризуют именно как «республиканскую монархию». Одновременно с этим те же самые французы в другие моменты выступают вообще против вертикали власти!

Сейчас Франция находится на распутье, о чём говорит целый ряд симптомов. Традиционные элиты как никогда дискредитированы и воспринимаются большинством населения «оторванными от реальности и земли». Одновременно ставятся под сомнение институты Пятой республики, даже звучат призывы к смене Конституции и установлению Шестой республики. Французы как нация дезориентированы тем, что двухвековая история страны как «государства-нации» подвергается эрозии как снизу, так и сверху. Сверху – это глобализация и делегирование многих полномочий в Брюссель, что подрывает суверенитет страны, а снизу – децентрализация власти и разобщение в связи с появлением плохо интегрированных во французскую культуру общин. Длящаяся уже более года сложная ситуация в стране, вызванная пандемией коронавируса, только усугубила эту идущие процессы.

В текущем контексте и с перспективой президентских выборов весной 2022 года встаёт вопрос: какими качествами будет обладать будущий французский лидер? Нужно учесть, что ¾ французов не хотят повторения поединка Марин Ле Пен – Макрон, так как их не устраивает такой выбор.

Волна дегагизма (дословно «вышвыривание за борт» традиционного французского политического класса, символом которого стал Макрон) ещё не прошла и может унести и самого Макрона. Очевидно, что действующий президент является не представителем «нового мира», как он позиционировал себя во время избирательной кампании, а как раз человеком «старого мира». Последним ли на высшем посту Франции?

Однозначно, что уже сейчас, на фоне ещё продолжающегося президентства Эммануэля Макрона, в обществе сформировались надежды на приход по-настоящему нового лидера.

Несколько штрихов к портрету следующего президента. Судя по настроениям французов и звучащей критике, он должен быть связан крепкими узами с регионами – при этом неважно, будет ли он из провинции или из Парижа. Также в его программе должна прозвучать патриотическая нотка с упором на возвращение определённого суверенитета Франции и неким скептицизмом в отношении ЕС, однако не доходящим до «фрекзита». Суверенитет, другой баланс, но не выход – его французы не хотят. Есть запрос на реиндустриализацию страны, наведение порядка внутри и возвращение престижа на мировой арене.

Как это с завидной регулярностью происходило в истории, французы находятся в ожидании «спасителя страны». Французская история богата именами таких людей, начиная с Жанны д’Арк. Однако, как показывает та же история, такие лидеры-спасители появляются не каждый век, а их рождение не закажешь.


 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх