Клуб «Валдай»

76 подписчиков

Свежие комментарии

  • Николай Коробков
    Это про какую дистанцию в метро, здесь написано? Куча роликов где уплотнители в вагоны работают.Жить по-японски? ...
  • valerij
    Мы лучше других знаем, чего ожидать от наших "друзей" из Средней Азии и что-то на положительные эмоции это не настраи...Центральная Азия:...
  • valerij
    Эфиопам не выстоять против арабов.Египет и Эфиопия:...

Уход Джона Болтона как «окно возможностей»

Уход Джона Болтона как «окно возможностей»

10 сентября Дональд Трамп объявил об отставке Джона Болтона, своего советника по национальной безопасности и знаменитого «ястреба», на которого часто возлагают вину за эскалацию между США и Ираном и разрушение системы контроля над вооружениями. Что изменится с его уходом? Были ли эти процессы обусловлены только личностными, или также объективными факторами? Что ждёт «последний оплот» контроля над вооружениями – договор СНВ-3? На эти и другие вопросы отвечает заместитель директора Центра комплексных европейских и международных исследований факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ, эксперт Валдайского клуба Дмитрий Суслов.

Увольнение Джона Болтона с поста Советника по национальной безопасности – событие одновременно и ожидаемое, и неожиданное. Неожиданное, потому что в отличие от своего предшественника Герберта Макмастера он всячески подчёркивал личную лояльность Дональду Трампу и не пытался мешать ему проводить его собственную внешнюю политику, дополняя его, но не вставляя палки в колеса. По многим вопросам внешней политики взгляды Болтона и Трампа совпадали: это ненависть к Ирану как к ключевому противнику США на Ближнем Востоке и восприятие Китая как главного стратегического противника; это стремление обеспечить Америке свободу рук в области оборонной политики и ослабить внешние, в том числе юридические, ограничения; это пренебрежение вопросами международного права и мнением союзников, утилитарный подход к ним и к международным организациям, а также приверженность одностороннему подходу.

Однако же вместе с тем были и вопросы, по которым их взгляды сильно расходились. Во-первых, это роль идеологии во внешней политике США и политика смены режимов, приверженцем которой является Джон Болтон. Он сторонник насильственного распространения демократии, в том числе военными средствами. В то время как Трамп считает эти подходы ошибочными и чреватыми ослаблением Америки, настаивает на прагматично-утилитарном внешнеполитическом курсе. Кроме того, во внешней политике США Болтон является сторонником, а Трамп – противником интервенционизма. В администрации Буша-мл. Болтон сыграл не последнюю роль в принятии решения о вторжении США в Ирак в 2003 году, Трамп же считает ту войну колоссальной ошибкой. Исходя из этого, причиной нынешней отставки стали, вероятнее всего, опасения Дональда Трампа, что Болтон может втянуть США в новые военные авантюры с целью смены режимов, в первую очередь связанные с Ираном и Венесуэлой, а также помешать реализовать нужные Трампу в преддверии следующих президентских выборов проекты – вывод американских войск из Афганистана и тем самым прекращение самой длинной войны в истории США. В последнее время подход США к Ирану резко ужесточился, и угроза военного конфликта усилилась – это и «танкерная война», и общее нагнетание напряженности в Персидском заливе. Политика Джона Болтона вполне могла стравить США с Ираном и вызвать войну на Ближнем Востоке – чего Трампу, естественно, не нужно. Кроме того, Болтон был одним из руководителей недавней безуспешной попытки смены режима в Венесуэле и выступал за более решительные меры, что прагматичному Трампу не нравилось. Наконец, как уже сообщили многие СМИ, Болтон противился договоренности США с талибами, которая необходима для вывода американских войск из Афганистана.

Что будет дальше? Естественно, ожидать решительного и радикального поворота во внешней политике США нельзя. Не изменится ни восприятие Китая, России и Ирана в качестве противников, ни утилитарный и меркантилистский подход к союзникам, ни скептическое отношение к международным организациям и международному праву. Не произойдет, скорее всего, и возврата США к традиционной системе контроля над вооружениями, яростным противником которой был Джон Болтон.

Конечно, уволенный помощник президента США по вопросам национальной безопасности играл ключевую роль во многих серьёзных решениях США – как, например, в ликвидации договора ДРСМД, – но преувеличивать личностный фактор здесь всё же не следует. Реставрировать этот договор – так же, как и сохранить систему контроля над вооружениями в её традиционном нынешнем виде – не удастся. Даже после ухода Болтона США не будут поддерживать сохранение этой системы в условиях фундаментальных происходящих сейчас геополитических и военно-технологических изменений: это и восприятие Китая как главного противника США, и необходимость применять для его сдерживания военные инструменты, и стремление США ограничить российские новейшие, в том числе гиперзвуковые, системы вооружения. Вся эта политика продолжится и при новом советнике по национальной безопасности.

В то же время уход Болтона создаёт своеобразное «окно возможностей» и внушает осторожный оптимизм. В первую очередь он повышает шансы продления договора СНВ-3, противником которого был бывший уже советник по национальной безопасности. Разумеется, США будут и без Болтона пытаться распространить этот договор на новейшие российские гиперзвуковые системы, а также увязать его продление с ограничением тактического ядерного оружия, где у России сейчас количественный перевес. Однако эти условия представляются все же во многом заявочной переговорной позицией. В Пентагоне всё-таки склонны сохранить систему предсказуемости и транспарентности в области ядерного оружия, не допустить полного вакуума правил игры в этой сфере, за что выступал Болтон. Поэтому без Джона Болтона продлить СНВ-3 на новый срок до 2026 года будет намного проще. Кроме того, теперь России и США будет легче вести переговоры о новой системе укрепления стратегической стабильности. Договор СНВ-3 в любом случае не вечен, и нынешняя архитектура соглашений по ограничению и сокращению ядерных вооружений отмирает по объективным причинам геополитического и военно-технологического, а также политико-дипломатического характера: формирование ядерной многополярности, стирание грани между ядерными и неядерными вооружениями, а также американская политика сдерживания Китая и России. Поэтому уже сейчас надо думать над тем, какую систему стратегической стабильности создавать после окончания договора СНВ-3, будь то в 2021 или 2026 году.

Наконец, без Болтона в Белом доме политика США в отношении Ирана и Венесуэлы будет более осторожной и менее чреватой нежелательными прямыми военными столкновениями и втягиванием США в новую большую войну – что, конечно, внушает оптимизм.

Сколько-нибудь радикального поворота не предвидится, но возникают новые позитивные возможности для уменьшения рисков, связанных с американской внешней политикой.

 

Источник ➝

Картина дня

))}
Loading...
наверх